October 8th, 2008

Док

"Лишние диагнозы" в кардиологии

"Продолжаем разговор"(с) На этот раз коснемся кардиологии. Здесь, как ни странно, действительно "лишних" диагнозов не так много, но есть другие сложности по части формулировки диагнозов. Проблем немало, но я коснусь тех, которые считаю наиболее значимыми: кардиомиопатий и "атеросклеротического кардиосклероза".

Collapse )
  • Current Music
    Stray Cats - Ubangi Storm

Ликвор

Как-то в больницу скорой помощи привезли бездомного, получившего черепно-мозговую травму. Врач-нейрохирург, человек молодой, бородатый и длинноволосый, больше похожий на православного священнослужителя, чем на доктора, осмотрев пациента, назначил план обследования, приняв решение о проведении люмбальной пункции.
Направляясь в нейрохирургическую перевязочную, он слышал, как следом за ним две санитарки, плотные бабы в застиранных халатах, везущие на каталке этого больного, всячески ругали бормочущего бездомного, говоря ему в искривленное от боли лицо, какой он дурнопахнущий, грязный и испитый.
Перевязочная была просторным, прохладным, пропитанным чистотой и свежестью помещением. С улицы в окно падал яркий свет, который, несмотря на утро, попадал на пожелтевшие от многочисленных побелок стены, создавая впечатление предзакатного часа.
Переложив на кушетку бездомного, санитарки отошли в сторону. Врач попросил пациента поджать к животу колени и выгнуть спину и, наконец-то, придав больному нужное положение тела, присел на табурет. Нащупав промежуток между позвонками, он обработал его йодом, вслед за тем протер спиртом, произвел в месте предполагаемой пункции анестезию и приступил непосредственно к выполнению поясничного прокола.
Как обычно, стоявшие и ожидающие, чтобы увезти больного после окончания манипуляции, санитарки в тупом молчании следили за движениями доктора, который всегда позволял им оставаться, хотя так было не положено и ждать полагалось за дверью. Он любил шутить и делал это чаще всего в присутствии младшего медперсонала, так как мировосприятие последнего его всегда веселило. Но сегодня, видя блистающие глаза, смотрящие исподлобья и широкое, тяжелое лицо врача, можно было сказать, что он явно был не в духе. Женщины как-то естественно и просто уловили распространившуюся и повисшую в воздухе дискомфортную, даже скорее неприязненную атмосферу, порожденную доктором: стоявшая впереди санитарка мимоволи оперлась рукой о шкаф с инструментарием, чтобы почувствовать себя увереннее, а другая, скрестив за спиной руки, теребила за дверную ручку, прижавшись к двери так, будто та сейчас могла упасть.
Набрав необходимое количество спинномозговой жидкости в пробирку, доктор, разрумяненный от напряжения и посвежевший в лице, высоко поднял ее над собой, словно драгоценный дар. Точно ювелир, знающий цену предмета, он, прищурив глаза, восхищенно смотрел на добытый прозрачный, чистый ликвор. Затем, бегло окинув взглядом помещение, врач остановил взгляд на санитарках, решительно повернул руку таким образом, что пробирка оказалась между ним и этими женщинами и кивком головы, указывая на бездомного, патетично произнес: «Смотрите сюда, вот его душа!»
Точно под воздействием слов врача, санитарки, недоуменно поглядывая на пробирку, медленно отступили назад и, незаметно для себя, оказались в коридоре, где остановились как вкопанные. Не зная как поступить, они продолжали стоять, словно ожидая распоряжений доктора, походя при этом больше на провинившихся учеников, чем на взрослых женщин. Видя жалкие, виноватые выражения лиц санитарок, врач отвернулся.
Спустя несколько минут санитарки в полном молчании быстро, но аккуратно перекладывали назад на каталку больного, пряча от него глаза и боязливо посматривали в сторону непонятного и чем-то страшного доктора.
Положив руки на едва теплую батарею, доктор стоял у окна и, глядя на большое колышущееся дерево, уныло царапавшее нагими ветвями больничное стекло, думал о том, как много в тот день ему предстояло сделать.