February 6th, 2015

Без названия

В бригаде – новая медсестра. Наталья уволилась и сейчас греет лапки на пляже в Италии. Тот, кто работал в выездных бригадах, понимает, что она единый организм, все части которого равно созависимы друг от друга, а понимание друг друга без слов и уровень доверия – прежде всего способ не сесть в тюрьму.
Вчера была вторая смена с новенькой. Ну как – новенькой, опыт вроде как лет 10 уже. Косяки первого раза были списаны на первый раз. Но и вчера прошло фееерично.
1. Мы на вызове. Анастасия забыла все что нужно по программе. Два раза. Потому что она два раза бегала в наш автомобиль. Настасья не может собрать стойку. Попутно подтверждается подозрение, что Настасья попадает ровно мимо всех вен, тоньше пальца. Колю сама. Выясняется, что Настасья всадила 10 магнезии в святую воду при давлении пациента 120. Потом выясняется, что все ж 5, в ампуле где-то половина. Она не помнит, сколько. Как – зачем? Так в программе написано. Пациентка волнуется, я в целях спокойствия пациентки пишу Настасье записки. Матом.
2. Вышли. Прошу у Витальки сигарету. Курим. Настасья радостно щебечет про то, как все прекрасно получилось. Отзваниваюсь диспетчерам, едем на вызов. Проверяю Настасьин чемодан, подбираю препараты, наклейки. Объясняю еще раз, что и как. Настасья радостно щебечет. На вызове выясняется, что у пациента гепатит С. Намекаю Настасье на перчатки, понимает с четвертого раза. С интересом наблюдаю новый для себя способ проверки « в вене ли мы?» - воткнуть иглу и шевелить ею, пока не покажется кровь. Перекалывая пару раз. Потом подсоединить систему. Разговариваю с пациентом, родственниками, заполняю документы, даю рекомендации, выходим. Виталий молча протягивает мне сигарету. Он знает, что я не курю. Мы стоим, курим.
Отзваниваюсь диспетчерам. Нам дают обед. По дороге Виталий выходит за сигаретами. Я через пару минут выхожу прикупить яблочек. Настасья остается в машине со всем оборудованием. Заведенной и с ключом в зажигании. На кассе я поворачиваю голову –и – угадайте! – кого же я там вижу?*. Несусь к машине. Вижу Виталика, у него интересный цвет лица. Курим. Прибегает радостная Настасья, она купила булочки и готова нас угостить. Оказывается, она не знала, что нельзя оставлять так машину.
Приезжаем на базу. Я лезу в шкаф с препаратами, нахожу все, что не нашла Настасья. Объясняю, как заполнять расход, делать укладку. У Виталика пропал аппетит, он молча и скорбно переживает на раскладушке.
3. Едем на кодировку. Пациент тревожен, эмоционально лабилен. Я подробно объясняю ему все ужасы, которые последуют после приема алкоголя на нашем препарате, особенно намекая на импотенцию. Дядя впечатлен, подписывает документы. Вводим препарат. Я еще раз подробно расписываю ему страшные последствия употребления конфет с коньяком и прочего содержащего. Дяде становится плохо, просит нашатырный спирт. Настасья бодренько пихает ему под нос салфетку с просто спиртом (она была ближе, ага!). Дядя хлопается в обморок с давлением 60 на 30.
ЗЫ: все живы, и даже Настасья, я дома и собираюсь открыть премиальный коньяк, иначе не засну от массы впечатлений. Последний раз я пила крепкое спиртное лет десять назад – оно мне не вкусно. Но чувствую, что именно сейчас – нет повода не выпить!