a_hramov (a_hramov) wrote in doktor_killer,
a_hramov
a_hramov
doktor_killer

Categories:

Врачи и соцработники - убийцы (с одной из точек зрения)

В отдел опеки, попечительства и патронажа
района Чертаново Центральное
г. Москвы

копия: Прокурору г. Москвы


ЗАЯВЛЕНИЕ

Региональная благотворительная общественная организация «Центр лечебной педагогики» в течение 26 лет занимается реабилитацией детей-инвалидов, а так же социальной, правовой и гуманитарной поддержкой детей-инвалидов, молодых людей с инвалидностью и их семей. Центр в течение многих лет занимается разработкой и правовой экспертизой профильных нормативно-правовых актов, а также участвует в общественно-государственном партнерстве и общественном контроле организаций социальной сферы. Центр является одной из ведущих и крупнейших в России организаций подобного профиля.
Обратиться к Вам нас вынуждает ситуация, складывающаяся вокруг Ольги Любченко. Ольге 25 лет, она признана в установленном законом порядке недееспособной, проживает в ГБУ Психоневрологический интернат № 30, не имеет семьи и других родственников.
Нам стало известно, что Ольга беременна, а администрация ПНИ № 30, на которую возложено исполнений функций опекуна, склоняет ее к искусственному прерыванию беременности.
При этом сама Ольга неоднократно говорила при свидетелях, что она этого не хочет, но очень боится давления ПНИ и считает, что не сможет этому противостоять.
В ходе встреч заинтересованных представителей общественности, в том числе Центра, с администрацией интерната, имевших место 28 сентября и 5 октября 2015 г. информация подтвердилась.
Саму Ольгу то возили (не получив ее согласия) в ГКБ № 1 для совершения аборта, то возвращали (без возражений с ее стороны) назад, потом была взята пауза для принятия решения, и Ольгу убедили записать на видеокамеру заявление о согласии сделать аборт – однако при этом, по утверждению администрации ПНИ, она была в нестабильном душевном состоянии. Согласно заключению независимого психолога по результатам обследования от 27 сентября 2015 г., Ольга внушаема, находится в состоянии тревоги, не понимает своего состояния и положения, личностно незрела.
Все эти обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что у Ольги отсутствует сознательное и выношенное желание прервать беременность, и вряд ли она способна в своем настоящем состоянии и в существующей вокруг нее обстановке принять ответственное решение и дать информированное согласие на такое необратимое и непоправимое медицинское вмешательство. Более того, есть основания полагать, что ее истинным желанием является сохранение беременности.
Согласно же ч. 1 ст. 56 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», искусственное прерывание беременности проводится только по желанию женщины при наличии информированного добровольного согласия.
Следовательно, проводить искусственное прерывание беременности у женщины, которая не выражает ясного желания сделать это, недопустимо и противозаконно, даже если она и дала формальное согласие под воздействием уговоров, внушения или давления.
Часть 7 той же статьи закона говорит о том, что в отношении недееспособной, если она по своему состоянию не способна выразить свою волю, решение о прерывании беременности может принять суд, однако в отношении Ольги Любченко такого судебного разбирательства не проводилось.
Вне всякого сомнения, насильственное искусственное прерывание беременности в нарушение закона, как и совершенное без ее истинного желания, лишь при наличии формального согласия, стало бы серьезным нарушением самых базовых законных прав Ольги.
В соответствии с ч. 3 ст. 36 ГК РФ защита права и интересов подопечных, с учетом их мнения или информации об их предпочтениях, является обязанностью опекунов.
В данном случае функции опекуна исполняет администрация ПНИ № 30, однако имеется конфликт интересов, который ставит в данной ситуации под вопрос объективность и добросовестность администрации. ПНИ № 30 явно не заинтересован в том, чтобы сохранить беременность Ольги, поскольку не имеет практического опыта оказания социальных услуг лицам с маленькими детьми и не желает прилагать усилия для создания таких условий, о чем ясно заявил директор ПНИ № 30 Мишин А.В. в ходе встреч с представителями общественности. В этой связи можно ожидать от администрации давления и принуждения Ольги к прерыванию беременности даже и вопреки ее воле, вместо того чтобы защищать ее права и интересы. С учетом ресурсов администрации и внушаемости и зависимого положения Ольги нет сомнений, что администрация в этом легко преуспеет.
Следует учесть, что общественные организации готовы оказать помощь в решении бытовых трудностей Ольги. В частности, православный антикризисный приют для женщин «Дом для мамы» при Синодальном отделе по церковной благотворительности и социальному служению Русской православной церкви готов как временно поместить у себя Ольгу с ее ребенком для оказания социальных услуг (и содействия в получении квалифицированной медицинской помощи) с сохранением исполнения функций опекуна за ПНИ № 30, так и взять на себя исполнение этих функций. Идет также подготовка к оформлению опеки над Ольгой и, при необходимости, над ее ребенком, физическим лицом, хотя для этого и может потребоваться время.
При этом есть все основания полагать, что до самой Ольги не доведена информация о возможных вариантах помощи и она не знает, что, приняв решение сохранить беременность, она получит значимую поддержку как со стороны государства в рамках действующего законодательства и программ по поддержке материнства и детства, так и со стороны социально ориентированных НКО. В такой ситуации любое ее решение никак нельзя считать в должной мере информированным, как этого требует закон.
Согласно п. 2 ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 24.04.2008 № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве», основными задачами органов опеки и попечительства является надзор за деятельностью организаций, в которые помещены недееспособные или не полностью дееспособные граждане.
В соответствии с ч. 4 ст. 24 того же Закона лица, которым стало известно об угрозе жизни или здоровью лица, находящегося под опекой или попечительством, о нарушении его прав и законных интересов, обязаны сообщить об этом в орган опеки и попечительства по месту фактического нахождения подопечного или прокурору. При получении указанных сведений орган опеки и попечительства обязан принять необходимые меры по защите прав и законных интересов подопечного и в письменной форме уведомить об этом заявителя.
Считаем, что законные права и интересы Ольги Любченко, в том числе на уважение частной и семейной жизни, на получение медицинской помощи и отказ от нее, нарушены или, во всяком случае, находятся под угрозой. При этом нельзя ожидать от организации, на которую возложено исполнение функций опекуна, эффективной защиты прав и интересов Ольги.
На основании изложенного,
ПРОСИМ:
1) Принять меры по защите прав и интересов Ольги Любченко, не допустить искусственного прерывания беременности в отсутствие ее желания.
2) Во всяком случае оградить ее от давления со стороны администрации ПНИ № 30 и не допускать серьезных медицинских вмешательств до тщательного рассмотрения настоящего заявления.
3) Уведомить РБОО «Центр лечебной педагогики» о принятых мерах.

Председатель Правления
РБОО «Центр лечебной педагогики» Р.П. Дименштейн

«08» октября 2015 г.
Tags: Карательная Психиатрия, новости, сам пришел
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 145 comments